Попытки преодолеть восточный раскол в Церкви имеют давнюю традицию, а конец XVI века принёс особенно благоприятные для этого условия. Именно тогда Константинопольский патриарх, который был главой православных Церквей на территории Речи Посполитой и Московского государства, основал Московский патриархат. Это создавало угрозу московского вмешательства во внутренние дела Короны и Литвы. Одновременно Константинопольский патриарх вызвал недовольство православного духовенства Речи Посполитой, в частности введя обязательную плату за епископское рукоположение. В этих обстоятельствах православные Речи Посполитой начали искать иной путь для своей Церкви.

Стремление к примирению усилилось и со стороны католической. Католическая Церковь переживала тогда время интенсивных реформ, связанных с Тридентским собором. Большое влияние имели в ней иезуиты, воздействовавшие на польского короля и на государственные дела в целом. Пётр Скарга, один из выдающихся представителей ордена, написал сочинение о церковном единстве под одним пастырем. Его читал и король Сигизмунд III, который, видя также опасность подчинения православных Речи Посполитой Москве, стал сторонником церковной унии. Иезуиты создали сеть школ с высоким уровнем обучения, популярных среди православной шляхты. В этих школах формировался положительный образ Католической Церкви, и со временем часть православной шляхты стала более благосклонной к Риму.

В этих обстоятельствах епископы — сторонники унии — начали переговоры с королём и католическими иерархами. В 1595 году представители православных Речи Посполитой отправились в Рим, где исповедали веру перед Папой и согласовали условия унии. Они предусматривали сохранение прежних обрядов, календаря и церковной иерархии при признании папской власти. Вскоре был созван собор в Бресте, на котором подписали акт унии. Церковь, возникшую в результате этого примирения, стали называть греко-католической, или униатской. Часть духовенства не присоединилась к унии и осталась в православии; её сторонников тогда называли дизунитами.